Александр
Никифоренко

Фотография, место и время

Александр Никифоренко. Живу в небольшом городе Столине на самом юге Беларуси. Люблю свой край и позиционирую сейчас себя как «экстравертного интроверта».

С фотографией познакомился довольно поздно – в 17 лет, когда после школьной скамьи пригласили на работу в местную районную газету. Было это в 2000-м году. В те времена редакции на периферии жили бедно. Первый фотоаппарат, который мне дали, был ФЭД-3. Как фотографировать показали, но как сматывать плёнку – нет. В итоге первая плёнка при перемотке была порвана и засвечена. Азам обращения с фототехникой и фотохимией научился буквально за три месяца. Намотка плёнки, проявка, составление растворов, печать фотографий.

Так как начинал я именно с аналоговой фотографии, она всегда была мне близка. Возможно это и повлияло на то, что в подсознании я всегда хотел вернуться в аналоговую фотографию. Для начала попытался по коллегам добыть то, что осталось из фотохимии, так как по месту жительства купить это всё было проблематично.

Покопавшись по фотолюбителям, раздобыл для начала фотоувеличители Крокус и УПА, несмотря на их не самое лучшее качество. Печатал на любую фотобумагу, которая попадалась под руки. Фотографировал на всё, что можно было – дошло до того, что брал в рентгенкабинете листовую плёнку, нарезал её квадратиками и фотографировал на Киев-60 и Pentacon Six.

Параллельно начал пробовать альтернативные процессы, сначала цианотипию, как наиболее простой и доступный процесс. Дальше были попытки в гумми-арабик и Ван Дейка. Первые опыты не были сильно плачевными, но отсутствие свободного времени вынудило поставить это занятие на паузу.

Не помню, где узнал о лит-печати, но один из первых авторов, у кого я увидел этот процесс, был Влад Краснощёк. С интересом смотрел на работы Сергея Чубарова. Чем нравится этот процесс? Своей непредсказуемостью и возможностью печатать на бумаге давних времён. Иногда плесень и грибы на фотобумаге добавляют свой эффект.

И, в принципе, вся моя жизнь – это хаос, сумбур. В своём фототворчестве я это называю «фотографичной небрежностью». Отдаю предпочтение форме, не детализации.

Если бы я был сосредоточен только на фото, то было бы больше материала. Но у меня много других увлечений. И в этом моя беда — я хочу попробовать себя во всех сферах деятельности.

Чаще всего героями моих фотографий становятся либо мои дочери, либо в процессе непосредственной работы — обычные люди.

Так как я работаю по большей части пресс-фотографом, пресс-фото и документальное фото — это сейчас в большей степени то, чем я и занимаюсь, зарабатываю на хлеб с маслом.)

Но стараюсь подметить для себя кадры, даже если их на работе никто и не поймёт. Часто работаю, как говорится, "в стол".

Есть много проектов в голове. Но как их материализовать — я пока ума не приложу. Много времени это всё отнимает.

Многие мои фотографии — это репортажи. Я фотографирую много и часто. В большей степени на моих фотографиях — это жизнь моего района. Праздники, происшествия и просто стрит-фото.

Моя парадигма ныне такова: чем шире — тем лучше. Есть что посмотреть к привязке к местности и времени. Для меня фотография этим и ценна — привязка к местности и времени, остальное не имеет смысла.

Сейчас я ярый адепт широкого угла и f8.

Мой девиз — если можешь прикрыть диафрагму, то обязательно это делай. А там уж разберёмся.

Пробовал снимать на большой формат. Получалось. Скоро обещают мне более-менее вменяемую камеру 13х18. Доработаю, подреставрирую, где надо — и буду фотографировать.

Касаемо некоторых фотографий, которые я скинул. Широкий и сверхширокий угол — это своего рода манипуляция сознанием зрителя, так как обычный человек не может видеть с таким широким углом обзора.

Самое любимое фокусное расстояние — 24 мм

Ещё скажу по техническому поводу. У меня есть объектив 16-35 мм. И 16 мм — это очень "опасное" фокусное расстояние. Оно затягивает. Снимая на 16 мм очень тяжело вырваться из этого поля и "сузиться". На широкий угол вмещается много различных сцен. Это и манит меня.